Рассказы о мучениках для детей.

"В тайниках знания Бога сокрыто знание, которое, будь применено оно, существенно уменьшит страх, хотя и не полностью его искоренит. Этому знанию, однако, следует учить с детства, так как сие значительно поможет в избавлении от страха. Что уменьшает страх, усиливает смелость. Если Воля Божия Нам поможет, с Пера Божественного Толкователя истечет подробное изъяснение того, что было сейчас упомянуто, и будет открыто, в области искусств и науки, то, что обновит мир и его народы. Подобным же образом, Пером Всевышнего начертано было и занесено в Алую Книгу слово, способное полностью раскрыть эту потаенную в людях силу, более того, удвоить ее мощь. Мы молим Бога - да будет Он возвышен и прославлен - милостиво помочь слугам Своим делать то, что угодно Ему и приемлемо для Него." (Бахаулла, "Послание сыну волка")


Не подскажите, есть ли сборник рассказов о мучениках Веры для детей на русском или английском? "Золотой венец" немножко длинно и там только три. Мне нужны яркие и короткие рассказы. Готовые рассказы для детей, но такие, чтобы там было и про ужасы мучений, как в "Золотом венце". Может быть такой сборник рассказов уже есть давным-давно? Подскажите, пожалуйста.

Принципы веры бахаи.

Помогите понять, пожалуйста. В "Парижских беседах" Абдул-Баха говорит:

"Принципы Учения Бахауллы должны тщательно и последовательно изучаться до тех пор, пока они не будут осознаны и поняты вашим разу­мом и сердцем — тогда вы станете стойкими последователями Учения, ис­тинно духовными, преданными воинами Божиими, способствующими до­стижению и распространению истинной цивилизации в Персии, в Европе и во всем мире.
Это и будет ожидаемый рай на земле, когда все человечество соберется вместе под шатром единства в Царствии Славы."

Вопрос:

Не подскажете, где можно точную последовательность принципов посмотреть, кроме уже упомянутых "Парижских бесед"? Абдул-Баха почему такой термин стал использовать "принципы веры"? В какой-то скрижали Бахауллы есть такое?

Вестник Бахаи, выпуск №6

Предлагаем для изучения, дополнения и обсуждения шестой выпуск «Вестника Бахаи», который выпускается каждые девятнадцать дней.

http://www.бахаи.kz/index.php/%D0%92%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA_%D0%91%D0%B0%D1%85%D0%B0%D0%B8_%E2%84%966-171,_%D0%B0%D0%B2%D0%B3%D1%83%D1%81%D1%82-%D1%81%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%8F%D0%B1%D1%80%D1%8C_2014_%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0 - страница Вестника, где можно его скачать и также ознакомится с архивом выпусков.

Просьба поделится интересными документами, авторскими исследованиями и другими полезными материалами для публикации в следующем выпуске Вестника. Наш email info@бахаи.kz

волшебник

Можно ли быть честным человеком и при этом не верить в Бога?

Этот вопрос был задан Дианой Дружаевой 26 февраля 2014 года в ФБ.

В ответ Виктор Толкаченко процитировал Абдул-Баха:

«Да будет вам известно, что подобные деяния, подобные усилия, подобные слова весьма похвальны и заслуживают одобрения, они есть слава человечества. Но одних этих деяний недостаточно; они подобны прекраснейшему телу, в котором отсутствует душа. Источником вечной жизни, непреходящей славы, всеобщего просвещения, истинного спасения и процветания является, прежде всего, знание Бога».


Бахаулла постулирует удивительную, на первый взгляд, концепцию:

«Знай же без тени сомнения, что в тех, кто не верует в Бога, нет ни надёжности, ни правдивости. Подлинно, сие есть истина, несомненная истина. Предавший Бога предаст и своего царя. Ничто не удержит такого человека от зла, ничто не воспрепятствует ему предать ближнего, ничто не побудит его жить честно».


Тахерзаде поясняет это утверждение Бахауллы примерно так: конечно, на первый взгляд кажется, что вокруг нас огромное количество атеистов, которые при это весьма надёжны и правдивы. Однако они честны, только пока жизнь не надавила на них по-настоящему. Типа того, как на земле может валяться кусок грязи и кусок железа, и если железо валяется там давно, оно будет выглядеть тоже как кусок грязи. Но если положить это железо и этот кусок грязи на наковальню и начать бить по ним молотом, сразу выяснится коренное различие между ними.

Владимир Чупин добавляет:

«На это атеисты вспоминают огромное количество героев советских времён — как военного времени, так и мирного. Моё объяснение этого таково: в СССР была религия, и называлась она марксизм-ленинизм. В том числе проповедовалось и самопожертвование во имя человечества — «За Родину, за Сталина», потом просто во имя светлых идеалов. Это религия была, пусть в ней и были очень тонко подменены понятия. Формально Бога не было — но Его место занимали то Ленин, то Сталин. Существование души отрицалось — но говорилось, что после смерти ты будешь «жить в плодах рук своих». В общем, квазирелигия это была, со всеми атрибутами...»

Затем Тамара Кожухарь проиллюстрировала поведение атеиста в сложной ситуации такой притчей:

ПОВЕРЬ!
(притча)

Однажды атеист прогуливался вдоль обрыва, поскользнулся и упал вниз. Падая, ему удалось ухватиться за ветку маленького дерева, росшего из расщелины в скале. Вися на ветке, раскачиваясь на холодном ветру, он понял всю безнадёжность своего положения: внизу были замшелые валуны, а способа подняться наверх не было. Его руки, держащиеся за ветку, слабели.

«Ну,— подумал он,— только один Бог может спасти меня сейчас. Я никогда не верил в Бога, но я, должно быть, ошибался. Что я теряю?»

Поэтому он позвал:

— Боже! Если ты существуешь, спаси меня, и я буду верить в тебя!

Ответа не было. Он позвал снова:

— Пожалуйста, Боже! Я никогда не верил в тебя, но если ты спасёшь меня сейчас, я, с сего момента, буду верить в тебя.

Вдруг Великий Глас раздался с облаков:

— О нет, ты не будешь верить! Я знаю таких, как ты!

Человек так удивился, что чуть было не выпустил ветку.

— Пожалуйста, Боже! Ты ошибаешься! Я на самом деле думаю так! Я буду верить!

— О нет, ты не будешь верить! Все вы так говорите.

Человек умолял и убеждал. Наконец Бог сказал:

— Ну, хорошо. Я спасу тебя. Отпусти ветку.

— Отпустить ветку?! — воскликнул человек.— Не думаешь же ты, что я сумасшедший!


Всеволод Рудой указывает:

Одна из концепций атеизма базируется на том, что определёнными качествами они могут превзойти верующих. Но прикол в том, какие качества выбираются для сравнения. Атеисты не хвастаются тем, что превосходят религиозных людей в жестокости или бесчинствах, во лжи или воровстве. Наоборот — они хвастаются тем, что ничуть не хуже верующих могут выполнять те рекомендации, которые предписаны верующим в священных книгах — честность, правдивость, взаимопомощь, любовь к ближнему.

Мне в этом интересны два аспекта.

Первый — такие заявления атеистов стали возможными благодаря кризису религии: верующие выполняли предписанное им столь плохо, что человек без веры получил возможность их превзойти.

Второй интересный аспект — источник списка добродетелей. Описание достойных качеств и необходимость их воплощать изначально взята из Священных книг, т. е. дана Богом. Заявляя на словах о своём неверии в Бога, атеисты выполняют Им предписанное, считая это своим достижением.



Диана Дружаева подводит такой итог этим рассуждениям:

Я думаю, что люди всех стран в мире на протяжении длинной истории человечества верили в Бога и приняли те духовные законы, которые принесли мировые религии. Со временем те или иные страны изменяли социальный строй, а духовные законы оставались в сердцах людей и передавались через поколения. Порой люди забывали источник этих законов, объявляя себя атеистами, однако духовность в сердцах оставалась неизменной. Так произошло с нашими родителями. Но наша задача, будучи бахаи, я считаю, что мы должны вернуть людям знание источника через обновлённое Откровение.


Геният Иссин (Geniyat Issin) пишет:

Моя любимая притча от Л. Н. Толстого о трёх старцах, которая иллюстрирует разницу между напускным благолепием, сосредоточенным на внешних ритуалах, и верой истинной — безмолвной и действенной:
http://www.poznanie.kiev.ua/torealize/1239-three-elders

«Три старца» (притча).

Л. Н. Толстой


Плыл на корабле архиерей из Архангельска-города в Соловецкие. На том же корабле плыли богомольцы к угодникам. Ветер был попутный, погода ясная, не качало. Богомольцы — которые лежали, которые закусывали, которые сидели кучками — беседовали друг с дружкой. Вышел и архиерей на палубу, стал ходить взад и вперёд по мосту. Подошёл архиерей к носу, видит, собралась кучка народа. Мужичок показывает что-то рукой в море и говорит, а народ слушает. Остановился архиерей, посмотрел, куда показывал мужичок: ничего не видно, только море на солнце блестит. Подошёл поближе архиерей, стал прислушиваться. Увидал архиерея мужичок, снял шапку и замолчал. Увидал и народ архиерея, тоже сняли шапки, почтенье сделали.

— Не стесняйтесь, братцы, — сказал архиерей.— Я тоже послушать подошёл, что ты, добрый человек, рассказываешь.

— Да вот про старцев нам рыбачок рассказывал,— сказал один купец посмелее.

— Что про старцев? — спросил архиерей, подошёл к борту и присел на ящик.— Расскажи и мне, я послушаю. Что ты показывал?

— Да вот островок маячит,— сказал мужичок и показал вперёд в правую сторону.— На этом самом островке и старцы живут, спасаются.

— Где же островок? — спросил архиерей.

— Вот по руке-то моей извольте смотреть. Вон облачко, так полевее его вниз, как полоска, виднеется.

Смотрел, смотрел архиерей, рябит вода на солнце, и не видать ему ничего без привычки.

— Не вижу, — говорит. — Так какие же тут старцы на острове живут?

— Божьи люди,— ответил крестьянин.— Давно уж я слыхал про них, да не доводилось видеть, а вот запрошлым летом сам видел. И стал опять рассказывать рыбак, как ездил он за рыбой, и как прибило его к острову к этому, и сам не знал, где он. Поутру пошёл ходить и набрёл на земляночку, и увидал у земляночки одного старца, а потом вышли и ещё два; покормили и обсушили его и помогли лодку починить.

— Какие же они из себя? — спросил архиерей.

— Один махонький, сгорбленный, совсем древний, в ряске старенькой, должно, годов больше ста, седина в бороде уж зеленеть стала, а сам всё улыбается и светлый, как ангел небесный. Другой ростом повыше, тоже стар, в кафтане рваном, борода широкая, седая с желтизной, а человек сильный: лодку мою перевернул, как ушат, не успел я и подсобить ему,— тоже радостный. А третий высокий, борода длинная до колен и белая как лунь, а сам сумрачный, брови на глаза висят, и нагой весь, только рогожкой опоясан.

— Что ж они говорили с тобой? — спросил архиерей.

— Всё больше молча делали, и друг с дружкой мало говорят. А взглянет один, а другой уж понимает. Стал я высокого спрашивать, давно ли они живут тут. Нахмурился он, что-то заговорил, рассердился точно, да древний маленький сейчас его за руку взял, улыбнулся,— и затих большой. Только сказал древний: «Помилуй нас», и улыбнулся.

Пока говорил крестьянин, корабль ещё ближе подошёл к островам.

— Вот теперь вовсе видно стало,— сказал купец.— Вот извольте посмотреть, ваше преосвященство,— сказал он, показывая.

Архиерей стал смотреть. И точно, увидал чёрную полоску — островок. Посмотрел, посмотрел архиерей и пошёл прочь от носу к корме, подошёл к кормчему.

— Какой это островок,— говорит,— тут виднеется?

— А так, безымянный. Их много тут.

— Что, правду говорят, что тут старцы спасаются?

— Говорят, ваше преосвященство, да не знаю, правда ли. Рыбаки, говорят, видали. Да тоже, бывает, и зря болтают.

— Я желаю пристать к острову, повидать старцев,— сказал архиерей.— Как это сделать?

— Кораблём подойти нельзя,— сказал кормчий.— На лодке можно, да надо старшого спросить.

Вызвали старшого.

— Хотелось бы мне посмотреть этих старцев,— сказал архиерей.— Нельзя ли свезти меня?

Стал старшой отговаривать.

— Можно-то можно, да много времени проведём, и, осмелюсь доложить вашему преосвященству, не стоит смотреть на них. Слыхал я от людей, что совсем глупые старики эти, живут — ничего не понимают и ничего и говорить не могут, как рыбы какие морские.

— Я желаю,— сказал архиерей.— Я заплачу за труды, свезите меня.

Нечего делать, распорядились корабельщики, переладили паруса. Повернул кормчий корабль, поплыли к острову. Вынесли архиерею стул на нос. Сел он и смотрит. И народ весь собрался к носу, все на островок глядят. И у кого глаза повострее, уж видят камни на острове и землянку показывают. А один уж и трёх старцев разглядел. Вынес старшой трубу, посмотрел в неё, подал архиерею. «Точно,— говорит,— вот на берегу, поправей камня большого, три человека стоят».
Посмотрел архиерей в трубу, навёл куда надо; точно, стоят трое: один высокий, другой пониже, а третий вовсе маленький; стоят на берегу, за руки держатся. Подошёл старшой к архиерею.

— Здесь, ваше преосвященство, остановиться кораблю надо. Если уж угодно, так отсюда на лодке вы извольте съездить, а мы тут на якорях постоим.

Сейчас распустили тросы, кинули якорь, спустили парус — дёрнуло, зашаталось судно. Спустили лодку, соскочили гребцы, и стал спускаться архиерей по лесенке.

Спустился архиерей, сел на лавочку в лодке, ударили гребцы в вёсла, поплыли к острову. Подплыли, как камень кинуть; видят — стоят три старца: высокий — нагой, рогожкой опоясан, пониже — в кафтане рваном, и древненький сгорбленный — в ряске старенькой; стоят все трое, за руки держатся.

Причалили гребцы к берегу, зацепились багром. Вышел архиерей.

Поклонились ему старцы, благословил он их, поклонились они ему ещё ниже. И начал им говорить архиерей.

— Слышал я,— говорит,— что вы здесь, старцы божии, спасаетесь, за людей Христу-богу молитесь, а я здесь, по милости божьей, недостойный раб Христов, его паству пасти призван; так хотел и вас, рабов божиих, повидать и вам, если могу, поучение подать. Молчат старцы, улыбаются, друг на дружку поглядывают.

— Скажите мне, как вы спасаетесь и как Богу служите,— сказал архиерей.

Воздохнул средний старец и посмотрел на старшего, на древнего; нахмурился высокий старец и посмотрел на старшего, на древнего. И улыбнулся старший, древний старец и сказал: «Не умеем мы, раб божий, служить Богу, только себе служим, себя кормим».

— Как же вы Богу молитесь? — спросил архиерей.

И древний старец сказал: «Молимся мы так: трое вас, трое нас, помилуй нас».

И как только сказал это древний старец, подняли все три старца глаза к небу и все трое сказали: «Трое вас, трое нас, помилуй нас!»

Усмехнулся архиерей и сказал:

— Это вы про святую Троицу слышали, да не так вы молитесь. Полюбил я вас, старцы божии, вижу, что хотите вы угодить Богу, да не знаете, как служить ему. Не так надо молиться, а слушайте меня, я научу. Не от себя буду учить вас, а из божьего Писания научу тому, как Бог повелел всем людям молиться ему.

И начал архиерей толковать старцам, как Бог открыл себя людям: растолковал им про Бога-Отца, Бога-Сына и Бога-Духа Святого, и сказал:

— Бог-Сын сошёл на землю людей спасти и так научил всех молиться. Слушайте и повторяйте за мной.

И стал архиерей говорить: «Отче наш». И повторил один старец: «Отче наш», повторил и другой: «Отче наш», повторил и третий: «Отче наш». — «Иже еси на небесех». Повторили и старцы: «Иже еси на небесех». Да запутался в словах средний старец, не так сказал; не выговорил и высокий, нагой старец: ему усы рот заросли — не мог чисто выговорить; невнятно прошамкал и древний беззубый старец.

Повторил ещё раз архиерей, повторили ещё раз старцы. И присел на камушек архиерей, и стали около него старцы, и смотрели ему в рот, и твердили за ним, пока он говорил им. И весь день до вечера протрудился с ними архиерей; и десять, и двадцать, и сто раз повторял одно слово, и старцы твердили за ним. И путались они, и поправлял он их, и заставлял повторять сначала.

И не оставил архиерей старцев, пока не научил их всей молитве господней. Прочли они её за ним и прочли сами. Прежде всех понял средний старец и сам повторил её всю. И велел ему архиерей ещё и ещё раз сказать её, и ещё повторить, и другие прочли всю молитву. Уж смеркаться стало, и месяц из моря всходить стал, когда поднялся архиерей ехать на корабль. Простился архиерей со старцами, поклонились они ему все в ноги.

Поднял он их и облобызал каждого, велел им молиться, как он научил их, и сел в лодку и поплыл к кораблю.
И плыл к кораблю архиерей, и все слышал, как старцы в три голоса громко твердили молитву Господню. Стали подплывать к кораблю, не слышно уж стало голоса старцев, но только видно было при месяце: стоят на берегу, на том же месте, три старца,— один поменьше всех посередине, а высокий с правой, а средний с левой стороны.

Подъехал архиерей к кораблю, взошёл на палубу, вынули якорь, подняли паруса, надуло их ветром, сдвинуло корабль, и поплыли дальше. Прошёл архиерей на корму и сел там, и всё смотрел на островок. Сначала видны были старцы, потом скрылись из вида, виднелся только островок, потом и островок скрылся, одно море играло на месячном свете.

Улеглись богомольцы спать, и затихло всё на палубе. Но не хотелось спать архиерею, сидел он один на корме, глядел на море, туда, где скрылся островок, и думал о добрых старцах. Думал о том, как радовались они тому, что научились молитве, и благодарил Бога за то, что привёл он его помочь божьим старцам, научить их слову Божию.

Сидит так архиерей, думает, глядит в море, в ту сторону, где островок скрылся. И рябит у него в глазах,— то тут, то там свет по волнам заиграет. Вдруг видит, блестит и белеется что-то в столбе месячном: птица ли, чайка или парусок на лодке белеется. Пригляделся архиерей. «Лодка,— думает,— на парусе за нами бежит. Да скоро уж очень нас догоняет. То далеко, далеко было, а вот уж и вовсе виднеется близко. И лодка не лодка, на парус не похоже. А бежит что-то за нами и нас догоняет». И не может разобрать архиерей, что такое: лодка не лодка, птица не птица, рыба не рыба. На человека похоже, да велико очень, да нельзя человеку середь моря быть. Поднялся архиерей, подошёл к кормчему:

— Погляди,— говорит,— что это? Что это, братец? Что это? — спрашивает архиерей, а уж сам видит — бегут по морю старцы, белеют и блестят их седые бороды, и, как к стоячему, к кораблю приближаются.

Оглянулся кормчий, ужаснулся, бросил руль и закричал громким голосом:

— Господи! Старцы за нами по морю, как посуху, бегут!

Услыхал народ, поднялся, бросились все к корме. Все видят: бегут старцы, рука с рукой держатся — крайние руками машут, остановиться велят. Все три по воде, как посуху, бегут, и ног не передвигают.

Не успели судна остановить, как поравнялись старцы с кораблём, подошли под самый борт, подняли головы и заговорили в один голос:

— Забыли, раб божий, забыли твоё ученье! Пока твердили — помнили, перестали на час твердить, одно слово выскочило — забыли, всё рассыпалось. Ничего не помним, научи опять.

Перекрестился архиерей, перегнулся к старцам и сказал:

— Доходна до Бога и ваша молитва, старцы божии. Не мне вас учить. Молитесь за нас, грешных!

И поклонился архиерей в ноги старцам. И остановились старцы, повернулись и пошли назад по морю. И до утра видно было сиянье с той стороны, куда ушли старцы.



Комментарий Владимира Чупина:

На самом деле притча о трёх старцах предлагает суфийское понимание добродетели — что Богоявление не нужно :-) То есть, этим старцам якобы вообще не требовались слова Христа — они были святы и всего достигли и без этого.

Бахаулла, как мы знаем, отвергает эту суфийскую идею. Единственный источник знания о Боге, как Он утверждает, это Слово Богоявления:

«Ни свеча, ни лампа не могут загореться сами; так и зеркалу никогда не освободиться самому от покрывающего его праха. Ясно и очевидно, что если не разжечь огонь, лампа вовеки не загорится, и если не удалить пыль с поверхности зеркала, в нем вовеки не появится образ солнца и не отразятся свет и слава его.

Поскольку невозможна непосредственная связь, коя соединяла бы Единого Бога истинного с Его творением, и не может существовать ни малейшего сходства между преходящим и Вечным, обусловленным и Абсолютным, повелел Он, дабы в каждый век и законоцарствие являлась в мирах земном и небесном чистая и непорочная Душа».


Этот вопрос действительно сейчас сильно запутался. Атеисты приводят в пример кучу праведных атеистов и решительно заявляют, что это доказывает — никакая религия для правильного поведения не нужна, достаточно логики и разума.
Бахаулла заявлял противоположное. По Его утверждению, «неверующий не может быть ни честным, ни надёжным». Это очень сильное утверждение, и на первый взгляд оно действительно противоречит тому, что мы наблюдаем вокруг.

Давайте ещё посмотрим пояснение Абдул-Баха по этому поводу:

«Мы не должны довольствоваться тем, чтобы следовать каким-то путём только потому, что он был избран нашими отцами. Долг каждого человека — исследовать действительность; мы не можем довольствоваться познаниями действительности другого человека. Если бы все в мире были богатыми, а один человек — бедным, то какую пользу эти богатства принесли бы ему? Если бы весь мир был добродетельным, а один человек погряз во грехе, то какие благие плоды смог бы он принести? Если весь мир залит лучезарным светом, а человек слеп, какой ему прок от сего? Если весь мир живёт в достатке, а человек голоден, где та пища, коей он насытится? Посему каждый человек должен познать всё сам. Идеи и верования, оставленные ему в наследство его отцами и предками, недостаточны, ибо приверженность им есть не что иное, как подражание, а подражание всегда приводит к разочарованию и заблуждению. Познавайте действительность, дабы вы могли проникнуть в сущность истины и в правду жизни».


Атеисты подпишутся под этими словами обеими руками и воскликнут: «Ну да, здесь же чётко говорится, что религия не нужна! Полезность праведного поведения очевидна просто из самостоятельных рассуждений!»

Однако Абдул-Баха, как вы понимаете, имел в виду прямо противоположное. Он имел в виду, что люди не должны слепо следовать какой-то религиозной традиции — они должны принять Бахауллу. То есть, традиция не может быть надёжным руководством, потому что она слепа. Только когда человек сам во всём разберётся и поймёт, почему надо считать данного конкретного человека Богоявлением, только тогда Слово этого Богоявления пустит в его душе прочные корни. Если он просто верит, например, своим родителям, что Христос есть Богоявление, а Мухаммад — нет, то такая традиция не очень-то полезна.

Однако это и к атеистам относится, только с другой стороны,— они хоть и кичатся своей логикой, да только практика показывает, что моральный релятивизм, который они исповедуют, ни до чего хорошего в итоге не доведёт. Если вдруг два атеиста разойдутся относительно моральных принципов, они никогда не найдут общий знаменатель, потому что логика в отношении добродетелей не действует. Что логичнее — убивать людей ради денег или жертвовать собой ради окружающих? Первое явно соответствует логике материализма, тогда как второе ей противоречит. Если атеист не следует слепо тем принципам, которые ему внушила его мама, то он должен быть материалистом, так ведь? А материализм утверждает, что никакой души нет, равно как и загробного мира. Значит, план жизни надо строить только из расчёта максимальных материальных приобретений и удовольствий.

Получается, конечно, полный абсурд, если разобраться, потому что с точки зрения атеиста человек есть не более чем мешок солей и четыре ведра воды, а наша высшая нервная деятельность — чисто случайное явление. У атеистов вообще всё случайно, они принципиально отвергают вопрос «зачем», называют его «ловушкой нашего сознания», приводят в примере детей, которые спрашивают, зачем дует ветер. Не «зачем», говорят они, а «почему» — потому что солнце нагревает разные участки Земли по-разному, вот и возникает разница давлений. А дети, мол, пытаются подвести под это всякие наивные объяснения типа «ветер дует, чтобы деревья качались».

О каких добродетелях может идти речь при подобном мировоззрении?
волшебник

Гари Мэтьюс. Вызов, брошенный Бахауллой.

Закончена глава 7, из которой Вы узнаете о совершенно невероятных познаниях Бахауллы в тех областях, о которых человек в Его положении не мог иметь никакого понятия,— в частности, литературного арабского языка.

Вам также полностью сорвёт крышу осознание Его уникальной прозорливости — ведь Он предвосхитил те вопросы, которые только-только начинают доходить до нашего коллективного разума в XXI веке! Более того, Он не просто их предвосхитил — Он предложил для них эффективные решения!

Вы ещё раз вспомните о наверняка хорошо известной Вам особенности Богоявлений — Их ураганном красноречии. Не исключено, что Ваша психика давно уже вытеснила куда-то в подсознание тот факт, что все произведения Бахауллы надиктовывались или писались Им с дикой скоростью, без малейших пауз или обдумывания. Потому что если бы Вы постоянно помнили об этом факте, Ваша психика ни за что не выдержала бы такого напряжения и Вы просто не смогли бы спать,— ведь это чудо, самое конкретное, неопровержимое и тщательно задокументированное!

Книга доступна как:



Не забывайте про шрифты для транслитерации — их надо поставить на ваш компьютер, чтобы всё выглядело красиво. Ставить шрифты просто — распаковываете их куда-нибудь, выделяете всю пачку, щёлкаете правой кнопкой мыши и делаете «Установить» (Install). Если нужна более подробная инструкция, или Вы вообще не помните, что это за зверь такой — транслитерация, срочно повысьте свой культурный уровень.

На очереди — глава 8 про ошеломляющее влияние, которое оказывал на всех Бахаулла при личной встрече. Оказывается, «никто не мог произнести в Его присутствии даже десятка слов в привычной повседневной манере». Даже турецкие генералы, которые шли к Нему в тюремную камеру (!), чтобы поглумиться над Ним и вывести Его на чистую воду, теряли дар речи и падали ниц, не смея оторвать лоб от земли.

В общем, мы всё больше и больше загоняем скептиков в угол, они там визжат от ужаса и вот-вот вынуждены будут сдаться и признать, что «Ни у кого нет возможности отворачиваться прочь или выдвигать возражения».

Также не забывайте, что глава 9, в которой Гари Мэтьюс подводит итоги, уже давно творчески пересказана и наверняка доставит Вам массу удовольствия.
волшебник

Гари Мэтьюс. Вызов, брошенный Бахауллой.

Допереводил эту чудесную книгу до главы 6. Теперь вы можете прочитать обо всех тридцати пророчествах, которые автор решил выбрать в качестве наиболее удивительных и непререкаемых свидетельств в пользу истинности Бахауллы, а также задуматься о некоторых ещё не исполнившихся предсказаниях.

Книга доступна как веб-страница, как файл MS Word и как PDF. Не забывайте про шрифты для транслитерации — их надо поставить на ваш компьютер, чтобы всё было красиво. Ставить шрифты просто — распаковываете их куда-нибудь, выделяете всю пачку, щёлкаете правой кнопкой мыши и делаете «Установить» (Install).

На очереди — глава 7 про совершенно невероятные познания Бахауллы в тех областях, о которых человек в Его положении не мог иметь никакого понятия. Например, про литературный арабский. Конечно, про удивительные познания и так было очень много в главе 5, но там были собраны научные пророчества, то есть доказательства знания Бахауллы о каких-то открытиях будущего. Этого точно никто в мире знать не мог. Тогда как арабский, по идее, знали многие, но Бахаулла начал писать на нём мистически, без малейшего изучения. Он, по идее, и на родном персидском должен был бы с ошибками писать, потому что даже в школу ни разу в жизни не ходил. Не говоря уже о медресе, где только и учили арабскому в то время. В общем, мы всё больше и больше загоняем скептиков в угол, они там визжат от ужаса и вот-вот вынуждены будут сдаться и признать, что «Ни у кого нет возможности отворачиваться прочь или выдвигать возражения».

Также не забывайте, что глава 9, в которой Гари Мэтьюс подводит итоги, уже давно переведена,— хотя, если начистоту, то не переведена, а творчески пересказана. Как пишут творцы ГОСТов, «в связи с потребностями национальной экономики» :-)

(no subject)

Мне один человек задал такой вопрос:

Однажды он был на встрече с Биллом Хетчером. И там зашла речь о доказательстве существования Бога. Что, мол, кто-то из присутствующих засомневался, что существование Бога можно доказать логически, на что Билл иронично улыбнулся.

Так вот человек этот, позже размышлял и подумал, что он не согласен с Хетчером. Потому что, цитирую "если бы можно было одной логикой доказать существование Бога, души, нравственных законов исходящих от вышнего мира, то не лишало бы это человека свободной воли? Ведь в таком случай любой человек с достаточным интеллектом должен все эти истины принять и жить соответственно - совершенно независимо от чистоты души. Бахаулла вроде где-то сказал (к сожалению, не могу дать цитату, так что может быть ошибаюсь), что миры отделены друг от друга по мудрости Бога. Не в том ли эта мудрость (ну, хотя бы частично), чтобы сохранить их тайну от взгляда холодного интеллекта, сделать ее доступной только для чистой души? Если нет, где же испытания?"
волшебник

Что есть Личность?

Возник тут вопрос в ФБ насчёт того, сохраняется ли после смерти личность. И конечно, углубление в этот вопрос привело к самому глубинному уровню: «Извините, что сохраняется?» Иными словами, можно ли дать определение ЛИЧНОСТИ?

Наверное, такое определение невозможно дать. Например, надо ли считать частью личности наш пол? А нашу профессию? То, что у души нет пола, мы знаем. Но вот насчёт профессии могу рассказать одну историю.

Когда-то, в конце прошлого тысячелетия и начале нынешнего, была такая организация переводчиков-бахаи под названием «Точка». Ваш покорный слуга тоже туда входил. На самом деле, туда могли войти любые переводчики, которые того пожелали бы — таков был принцип работы «Точки». Родилась эта удивительная и неформальная организация в 1998 году, в ходе проекта по переводу Китаб-и-Агдас на русский язык, а закончилась, наверное, где-то в 2001 году, когда её участники вынуждены были вернуться к индивидуальной работе.

И вот году в 2000-м, наверное, когда мы активно работали над переводом каких-то важных текстов из наших Писаний, мне приснился сон о том, что пришёл ко мне Шоги Эффенди и попросил совместно перевести какой-то манускрипт. Ну, я привычно сел с ним рядом, как до этого каждый день садился с моими друзьями в «Точке», и мы быстренько эту Скрижаль перевели.

Для меня в тот момент более значимым было другое событие в этом сне. По окончании работы Шоги Эффенди посчитал нужным предложить мне оплату. Он сказал, что в награду за хорошо выполненную работу я могу его о чём-нибудь спросить. И я, идиот, не нашёл ничего лучшего, чем спросить, почему он скорбел после смерти Абдул-Баха? Ведь смерть — это вестник радости. А он потемнел лицом и ушёл, ничего не сказав. Бестактный вопрос был, конечно. Так что непосредственно после того сна я больше размышлял о тактичности как очень важной добродетели — Бахаулла называет её «учтивость» и говорит, что и Сам желал бы обладать ею в большей степени:

«О народ Божий! Увещеваю вас соблюдать учтивость, ибо она, превыше всего прочего, есть царица добродетелей. Благо тому, кто озарён светом учтивости и облачён нарядом добродетели. Всякий наделённый учтивостью, воистину, достиг высокого положения. Надеемся, что и сему Гонимому, и всем прочим будет дано достичь её, крепко держаться её, соблюдать её и устремить к ней взор. Сие непреложная заповедь, что стекла с Пера Величайшего Имени».

(Бахаулла, Скрижали, явленные после Китаб-и-Агдас)


Но ведь в том сне был и другой аспект — что, выходит, профессия Шоги Эффенди как переводчика сохранилась, и он занимается переводами и в том, вышнем мире, точно так же, как занимался ими при жизни.

Те, кто работал над текстом Китаб-и-Агдас в 1998 году, скажут вам без тени сомнения — было полное ощущение, что наша задача заключается в переносе на бумагу идеального текста Китаб-и-Агдас на русском языке, который уже существует в Горнем Царстве, и нам надо просто его воспринять и уловить. Вот я и думаю, что этот идеальный текст там тоже появляется не сам по себе, а потому что его сделали ушедшие туда души переводчиков. И он записан там на Хризолитовых Скрижалях. Или на Рубиновых, точно не скажу, Бахаулла разные упоминает.
волшебник

Политика 2.0

Смотрю сейчас чудесное выступление Муджана Момена.
http://youtu.be/QtVY1BW9s0A
Непосредственная тема его выступления — обвинения иранских властей в адрес бахаи, что они, мол, активно участвовали в политике во время режима Пехлеви, и даже занимали множество политических постов. Значит, кричат аятоллы, именно бахаи виновны во всех нарушениях прав человека и коррупции, которая свирепствовала в то время.

Обвинения, конечно, безумные (точнее, беспардонно состряпанные из ничего). Однако Муджан Момен не был бы столь великим религиоведом (каковым он, безусловно, является), если бы не представил нам цельную картину не просто событий в Иране, но и отношения бахаи к политике в целом.

Кто понимает английский, горячо рекомендую к просмотру. Муджан Момен решительно расставляет все точки на «ё». Что означает, что бахаи не занимаются политикой? По этому поводу среди самих бахаи часто возникает непонимание, обусловленное, скорее всего, лингвистическими трудностями, потому что «политика» —  термин очень широкий. И Муджан Момен, с присущим ему чётким видением, указывает, что есть «политика» как участие в жизни общества — сюда входит участие в работе органов местного самоуправления, защита гражданских прав, благотворительность и иные подобные занятия.

Совершенно иная «политика» — это борьба за власть, включая работу политических партий. В этом случае «человек властвует над человеком во вред ему», как говорит Екклесиаст. Это и есть та самая отвратительная «партийная политика», от которой любой бахаи должен бежать, как от огня.

Там в середине своей речи Муджан Момен приводит очень интересную аналогию между политикой и развитием Веба. Был Web 1.0, а теперь уже царит Web 2.0. Отличие между ними мы все знаем — раньше контент творился кем-то там, далеко, и раздавался народу на фиксированных площадках. Однако постепенно возникла и стала куда более популярна другая парадигма — контент может, оказывается, куда эффективнее создаваться простыми людьми. Блоггеры стали силой в этом мире :-) Каждый может изложить свои мысли, и они будут прочитаны, увидены или услышаны во всём мире. По аналогии с этим, бахаи, как напоминает нам Муджан Момен, считают, что «Политика 1.0» не имеет будущего, и в грядущем светлом мире человечество примет для себя модель «Политики 2.0», когда никакой человек не будет властвовать над другим во вред ему, но каждый будет чувствовать себя полноценным и полноправным творцом своей судьбы и судьбы всего мира в целом.

Должны ли бахаи участвовать в современном «протестном движении» в России? Послушайте примеры Муджана Момена из истории Веры. Оказывается, в эпоху Абдул-Баха бахаи участвовали в конституционном движении — но только тогда, когда существовал реальный общественный консенсус по этому поводу. Как только начинались распри и борьба внутри движения, бахаи немедленно отходили в сторону. Была, конечно, и другая причина для выхода из этого процесса — причина, специфическая для Ирана и заключавшаяся в том, что муллы сразу начинали орать, что кто выступает за реформы, тот мерзкий и богохульный бахаи. Таким образом, бахаи не участвовали в общенародном движении за Конституцию ещё и потому, что это только замедлило бы процесс. В Иране до сих пор любой человек, предлагающий что-то новое, клеймится как «бахаи».

Для себя лично я делаю такой вывод: бахаи могут (и даже, может быть, должны) поддерживать движение за гражданские права в России. Надо понимать, что ЛЮБОГО из нас могут внезапно арестовать совершенно ни за что, и посадить в тюрьму на годы,— как Мохнаткина, который просто проходил мимо автобуса с задержанными, увидел, что омоновец бьёт старушку, и вступился за неё. Некоторые из тех, кто сидит по «Болотному делу», даже не были в тот день на демонстрации вообще. Защищать невиновных — обязанность каждого честного человека, и по этому поводу в обществе существует чёткий консенсус. Протестовать против коррупции — тоже священный долг каждого.

Можно припомнить и другие примеры, уже из эпохи Шоги Эффенди. Например, когда Национальное Духовное Собрание бахаи США лишило административных прав одного бахаи, который участвовал в движении за права негров, Шоги Эффенди был, видимо, настолько шокирован, что в ответном письме смог написать им только три слова: «Как вы могли?» «How could you?»

Так что политика политике рознь.
волшебник

Возвращение Пророков и Посланников

Немного богословия.

Баб говорит в Персидском Байане, что в Нём Самом и в восемнадцати Буквах Живого вернулись великие Пророки и святые прошлых времён. Особенный интерес вызывает утверждение о том, что Пророк Мухаммад вернулся одновременно как Баб и как мулла Хусайн,— Баб аль-Баб, «Врата к Вратам», Его Первый Ученик.

Казалось бы, странное утверждение. Как может одна личность вернуться дважды в одно и то же время и пребывать в двух разных людях?

Ситуация, впрочем, проясняется, если мы вспомним, что возвращаются не личности, а качества. Баб — это возвращение Мухаммада как Точки Корана, Того, Кто являл Божественные Стихи. Мулла Хусайн же — это возвращение Мухаммада как Апостола Божиего, то есть Слуги Всевышнего.

Иными словами, удивляться приходится не тому, что и Баб, и мулла Хусайн предстают возвращениями Мухаммада — скорее нужно удивляться положению Мухаммада, Который был един в двух лицах,— Он был одновременно и Точкой Корана, Явителем Божественных Стихов, и простым человеком, смиренно служившим Точке Корана. Это различие было особенно подчёркнуто в Его Откровении, и Его спутники нередко спрашивали Его, в каком именно качестве Он выступает в данный момент — как Богоявление или как человек?

Например, известен эпизод, когда во время одной из битв Мухаммад с армией подошёл к некоему колодцу и собирался встать лагерем, не доходя до него. Враги ещё не подошли, однако уже были недалеко, их было видно. В этот момент один из старых и опытных спутников Мухаммада спросил Его, почему Он решил встать, не доходя до колодца? Потому что Бог так сказал, или потому, что Мухаммад Сам так решил? Мухаммад ответил, что в данном случае Он решил это Сам, никакого Откровения Он по этому поводу не получал. Тогда Его спутник сказал, что лучше бы им поторопиться и занять оборону вокруг колодца, потому что армия без воды долго не протянет. Мухаммад немедленно последовал совету Своего товарища, и битва была выиграна.

В этом плане в Личности Баба не было двойственности — Он был только и исключительно Точкой Байана, то есть Явителем Божественных Стихов и представителем Бога на земле. Слугой был мулла Хусайн — ну и, конечно, все остальные Буквы Живого и иные люди, в меру отпущенных им способностей.

А Куддус был Самим Бабом, что заставляет удивиться ещё больше :-)