?

Log in

No account? Create an account
Журнал бахаи
Хроники Величайшего Имени
Что есть Личность? 
2 ноя 2013, 00:06
волшебник
Возник тут вопрос в ФБ насчёт того, сохраняется ли после смерти личность. И конечно, углубление в этот вопрос привело к самому глубинному уровню: «Извините, что сохраняется?» Иными словами, можно ли дать определение ЛИЧНОСТИ?

Наверное, такое определение невозможно дать. Например, надо ли считать частью личности наш пол? А нашу профессию? То, что у души нет пола, мы знаем. Но вот насчёт профессии могу рассказать одну историю.

Когда-то, в конце прошлого тысячелетия и начале нынешнего, была такая организация переводчиков-бахаи под названием «Точка». Ваш покорный слуга тоже туда входил. На самом деле, туда могли войти любые переводчики, которые того пожелали бы — таков был принцип работы «Точки». Родилась эта удивительная и неформальная организация в 1998 году, в ходе проекта по переводу Китаб-и-Агдас на русский язык, а закончилась, наверное, где-то в 2001 году, когда её участники вынуждены были вернуться к индивидуальной работе.

И вот году в 2000-м, наверное, когда мы активно работали над переводом каких-то важных текстов из наших Писаний, мне приснился сон о том, что пришёл ко мне Шоги Эффенди и попросил совместно перевести какой-то манускрипт. Ну, я привычно сел с ним рядом, как до этого каждый день садился с моими друзьями в «Точке», и мы быстренько эту Скрижаль перевели.

Для меня в тот момент более значимым было другое событие в этом сне. По окончании работы Шоги Эффенди посчитал нужным предложить мне оплату. Он сказал, что в награду за хорошо выполненную работу я могу его о чём-нибудь спросить. И я, идиот, не нашёл ничего лучшего, чем спросить, почему он скорбел после смерти Абдул-Баха? Ведь смерть — это вестник радости. А он потемнел лицом и ушёл, ничего не сказав. Бестактный вопрос был, конечно. Так что непосредственно после того сна я больше размышлял о тактичности как очень важной добродетели — Бахаулла называет её «учтивость» и говорит, что и Сам желал бы обладать ею в большей степени:

«О народ Божий! Увещеваю вас соблюдать учтивость, ибо она, превыше всего прочего, есть царица добродетелей. Благо тому, кто озарён светом учтивости и облачён нарядом добродетели. Всякий наделённый учтивостью, воистину, достиг высокого положения. Надеемся, что и сему Гонимому, и всем прочим будет дано достичь её, крепко держаться её, соблюдать её и устремить к ней взор. Сие непреложная заповедь, что стекла с Пера Величайшего Имени».

(Бахаулла, Скрижали, явленные после Китаб-и-Агдас)


Но ведь в том сне был и другой аспект — что, выходит, профессия Шоги Эффенди как переводчика сохранилась, и он занимается переводами и в том, вышнем мире, точно так же, как занимался ими при жизни.

Те, кто работал над текстом Китаб-и-Агдас в 1998 году, скажут вам без тени сомнения — было полное ощущение, что наша задача заключается в переносе на бумагу идеального текста Китаб-и-Агдас на русском языке, который уже существует в Горнем Царстве, и нам надо просто его воспринять и уловить. Вот я и думаю, что этот идеальный текст там тоже появляется не сам по себе, а потому что его сделали ушедшие туда души переводчиков. И он записан там на Хризолитовых Скрижалях. Или на Рубиновых, точно не скажу, Бахаулла разные упоминает.
Комментарии 
2 ноя 2013, 13:41
Как раз вчера слушала очень интересную лекцию, тема которой немного с этим вопросом кореллирует.
http://postnauka.ru/lectures/19384
Каждый язык (судя по всему, это истина доказанная) накладывает на формирующуюся личность человека, еще с детства, свои "очки", влияющие на восприятие мира, и на отношение к миру в том числе. Мне запомнился яркий пример - в европейской культуре и языках темный цвет - цвет негатива, цвет зла,цвет , ассоциирующийся с чем-то плохим. А вот в африканских языках (по крайней мере, в каких-то из них) все наоборот. Темный - цвет позитива, цвет всего хорошего, приятного,цвет добра, а светлый - цвет плохого, цвет зла. По очень простой причине. Язык ведь отражает окружающий мир. И темный там у них - это цвет земли, цвет плодородной земли, увлажненной дождем. А светлый - цвет земли высушенной, выжженной, бесплодной.
Представим, что у нас есть возможность полноценной телепатии (передачи мысленной речи) и эмпатии хотя бы частично (передачи чувств, а частично - потому что полностью передавать - эдак свихнуться можно :-) регулятор в такой передаче должен быть). Пусть. Но одна и та же мысль, выраженная на разных языках, особенно на языках далеких друг от друга, будет иметь оттенки смысла, каждый раз по-разному ее окрашивающие. Терять эти оттенки,судя по всему, попросту жалко. Это может оказаться похожим на стихи в оригинале и в переводе. Мы понимаем стихотворение по -английски, но его русский вариант звучит немного иначе, добавляет смыслы, другую музыку к оригиналу. И вполне может быть, что нечто подобное сохраняется и с языками.
2 ноя 2013, 15:39
Да, это известный феномен. Говорят, в татарском языке синий и зелёный цвета описываются одним словом, поэтому татары часто не различают синий и зелёный. А вот у чукчей есть 32 слова для обозначения разных оттенков белого цвета.

Поэтому знание нескольких языков очень часто кардинально расширяет мышление человека. Например, в английском есть концепция challenge — «проблема, вызывающая радость и прилив энергии». А в русском нет такой концепции. Тут нельзя задавать вопрос, что первично, а что вторично — то ли православие так повлияло на наше мышление (а на Западе — протестантизм), то ли наоборот, наше серое небо окрасило наше посконное православие в такие мрачные цвета. Это просто факт — русские люди не верят, что проблемы можно решить ко всеобщему удовольствию.

Но когда человек учит чужой язык, он ведь учит и чужую культуру. И впитывает концепции, которые раньше были ему неизвестны. И начинает мыслить в терминах challenge, например.


Примеры, конечно, можно продолжать.
2 ноя 2013, 18:58
А продолжи :-)
я не настолько хорошо английский знаю, чтобы многие различия заметить :-)
7 ноя 2013, 10:36
Эх, в тот момент примеры прям захлёстывали мозг, а сейчас как-то ничего и не вспоминается. Хотя это, скорее, общее ощущение, которое возникает при переводе текстов с английского — «они какие-то наивные там все». Но это не они наивные, это мы дебилы, сами себя мучаем. Зачем мы придумываем такое огромное количество всяких неудобностей, которые нам же самим потом осложняют жизнь? Концепция «проебизнеса» — чисто русское явление, например...

А, вот, вспомнил хороший пример! Уильям Хэтчер писал в своё время о подлинных отношениях: «Боязнь учить» и о разнице между восточным и западным подходами: «Объятия Востока и Запада». Он пишет, например:

Гуманизм – название, даваемое обычно философии, которая пытается установить подлинные отношения без явного или сознательного упоминания Бога. Гуманизм благороден по своим моральным намерениям, но имеет дефекты в предлагаемых им способах достижения этой цели. Стратегии, использовавшиеся для борьбы с этим врожденным недостатком гуманизма, применялись самые разные, и это породило различные разновидности и деформации гуманизма.
Столкнувшись с полным осознанием того, что лелеемая ими цель недостижима, некоторые гуманисты впали в отчаяние, граничащее с нигилизмом. Это можно заметить, например, в произведениях Ибсена, Кьеркегора, Достоевского или Льва Толстого, и может вести либо к глубокому цинизму по поводу человеческой натуры, либо к чему-то вроде стоического отрешения, когда человек может думать, что реальное благородство человеческой жизни заключается в постоянном стремлении к достойной, но недостижимой цели. Это клеймо упрямства, обреченный и стоический гуманизм очень характерны для мышления русских людей как в прошлом, так и в настоящем.
Полностью обратная стратегия наблюдается в нынешнем складе мышления североамериканцев, где люди с готовностью принимают различные обтекаемые суррогаты подлинности взаимоотношений. Все, начиная от диснеевских миров и кончая популярной психологией, множащиеся телевизионные беседы, показывающие эту притворную подлинность, публично и в мучительных деталях рисуя частные пустыри абсолютно бесплодных жизней, – вся Северная Америка, фактически, это гигантское предприятие, целеустремленно посвященное сотворению псевдоподлинности и фальшивой искренности. И там на первом месте те, кто открыто осуждает подлинность как вводящую в заблуждение. Они весело прославляют “новую свободу”, в которой крайняя алчность, эксплуатация и стремление к власти не просто приемлемы, но и приветствуются как “новая мораль”.


В чём же причина такого подхода? Во втором эссе Хэтчер говорит, что западный мир страдает от засилья «модульного подхода», когда всё делится на мелкие кусочки, а потом исследуется. Этот подход чудесно работает для материального мира, но совершенно неприменим к духовному. Восточный же подход подчёркивает единство всего сущего — «будь добр к брату твоему, ибо он есть ты сам», как говорил Будда.

Ну и вот, и вспомнил я тут, что английский язык отличается от русского своей краткостью и точностью. Тексты на английском всегда будут примерно на 20% короче, чем их перевод на русский. Сам английский язык устроен почти как набор математических формул — в нём возможно практически любые выражения, если они подчиняются формальным грамматическим правилам. А в русском правила постоянно нарушаются — примеры типа «сбычи мечт» хорошо известны. Ну вот почему нельзя образовать слово «сбыча»? Сбываться — сбыча. Формально же это правильно? А почему можно сказать «мечты» (множественное число), но нельзя сказать «мечт»? Почему-то нельзя вот. «Запомните, дети: "вилька, тарелька пишется БЕЗ мягкого знака, а "сол", "фасол" — с мягким знаком. Это невозможно понять, это надо запомнить».

Но больше всего меня убивает, что нельзя образовать прилагательное от слова «бахаи» — это рассматривается как «разговорный» или «низкий» стиль. Я имею в виду вариант «бахайский». Вот тоже, почему? Вот в украинском можно, вроде бы,— они спокойно говорят «девчачий одяг» (в смысле «одежда»). А у нас «девчачий» или даже «девчоночий» — это низзя.
7 ноя 2013, 11:27
Почему нельзя? :) Можно очень даже :-)
7 ноя 2013, 15:29
К слову: из дневника Льва Толстого. Это 188... начало 1880-х, в общем. Умер он в возрасте 82 лет в 1910-м, так что у него впереди много еще всего... хотя, по впечатлению, выхода он так и не нашел (я просто его дневники и записные книжки не читала настолько подробно, чтобы надежно судить) Поражает тут метание мысли в заведомо абсурдных методах и идеализм, или идеально до предела, или вообще никак.

" Думал: 1) Представил себе людей, для полноты мужчину и женщину -- мужа жену, брата сестру, отца дочь, мать сына -- богатого класса, кот[орые] живо поняли грех жизни роскошной и праздной среди нищеты и задавленности трудом народа и ушли из города, отдали кому-нибудь, так или иначе избавились от своего излишка, оставили себе в бумагах скажем 150 р. в год на двоих, даже ничего не оставили, а зарабатывают это каким-либо мастерством -- положим рисование на фарф[оре], переводы хороших книг, и живут в деревне, в середине русской деревни, наняв или купив себе избу и своими руками обрабатывая свой огород, сад, ходят за пчелами, и вместе с тем подавая помощь сельчанам медицинскую, насколько они знают, и образовательную -- учат детой, пишут письма, прошения и т. п. Казалось бы, чего лучше такой жизни. Но жизнь эта будет адом и сделается адом, если люди эти не будут лицемерить, лгать, если они будут искренни. -- Ведь если люди эти отказались от тех выгод и радостей, украшений жизни, к[оторые] им давали и город и деньги, то сделали они это только п[отому], ч[то] они признают людей братьями, равными перед Отцом -- неравными по способностям, достоинствам, если хотите, но равными в своих правах на жизнь и все то, что она может дать им. Если возможно сомненье о равенстве людей, когда мы их рассматриваем взрослыми, с отдельным прошедшим каждого, то сомненья этого уже не может быть, когда мы видим детей. Почему этот ребенок будет иметь все заботы, всю помощь знания для своего физического и умственного развития, а этот прелестный ребенок, с теми же и еще лучшими задатками, сделается рахитиком, вырожденным, полукарликом от недостатка молока и останется безграмотным, диким, связанным суевериями человеком, только грубой рабочей силой? Ведь если люди эти уехали из города и поселились жить так, как они живут в деревне, то только потому, что они не на словах, но на деле верят в братство людей и хотят, если не осуществить, то осуществлять его в своей жизни. И эта-то попытка осуществления должна, если только они искренни, должна привести их в ужасное, безвыходное положение. С своими с детства приобретенными привычками порядка, удобства, главное, чистоты, они, переехав в деревню и наняв или купив избу, очистили се от насекомых, может быть, даже сами оклеили ее бумажками, привезли остатки мебели, не роскошной, а нужной: железную кровать, шкаф, письменный столик. И вот они живут. Сначала народ дичится их: ожидает, как и от всех богатых, насилием ограждения своих преимуществ, и потому не приступает к ним с просьбами и требованиями. Но вот понемногу настроение новых жителей уясняется: сами они вызываются служить безвозмездно, и самые смелые, назойливые люди из народа опытом узнают, что новые люди эти не отказываются, и можно поживиться около них.
7 ноя 2013, 15:30
И вот начинаются заявления всякого рода требований, кот[орых] становится всё больше и больше. Начинается как бы рассыпание и разравнивание возвышающегося над общим уровнем зерна до тех пор, пока не будет возвышения. Начинаются не только выпрашивания, но и естественные требования поделиться тем, что есть лишнего против других. И не только требования, но сами поселившиеся в деревне люди, войдя в близкое общение с народом, чувствуют неизбежную необходимость отдавать свои излишки там, где есть крайняя нужда. Но мало того, что они чувствуют необходимость отдавать свой излишек до тех пор, пока у них останется то, что должно быть у всех, т. е. у среднего -- определения этого среднего, того, что должно бы быть у всех, нет никакого, --и они не могут остановиться, п[отому] ч[то] всегда вокруг них есть вопиющая нужда, а у них излишек против этой нужды. Казалось бы, нужно удержать себе стакан молока, но у Матрены двое детей, грудной, не находящий молока в груди матери, и 2-летний, начинающий сохнуть. Казалось, подушки и одеяло можно бы удержать, чтобы заснуть в привычных условиях после трудового дня, но больной лежит на вшивом кафтане и зябнет ночью, покрываясь дерюжкой. Казалось, можно бы удержать чай, пищу, но ее пришлось отдать странникам, ослабевшим и старым. Казалось, можно бы удержать хоть чистоту в доме. Но пришли нищие мальчики, и их оставили ночевать, и они напустили вшей, кот[орых] они только что с трудом вычесали, придя от больного.

Нельзя остановиться, и где остановиться? Только те, кот[орые] не знают совсем того чувства сознания братства людей, вследствие к[оторого] эти люди приехали в деревню, или к[оторые] так привыкли лгать, что и не замечают разницу лжи от истины, скажут, что есть предел, на кот[ором] можно и должно остановиться. В том-то и дело, что предела этого нет, что то чувство, во имя к[оторого] делается это дело, таково, что предела ему нет, что если есть ему предел, то ото значит только то, что этого чувства совсем не было, а б[ыло] одно лицемерие. Продолжаю себе представлять этих людей. Они целый день работали, вернулись домой. Кровати у них уже нет, подушки нет, они спят на соломе, к[оторую] достали, и вот, поев хлеба. легли спать. Осень, идет дождь с снегом. К ним стучатся. Могут ли не отпереть? Входит человек, (Зачеркнуто: старик очевидно пьяница, полураздетый и с таким же фабричным, очевидно пьяница, с голыми плечами и коленками, в опорках, дрожащий и больной, солдат) мокрый и в жару. Что делать? Пустить ли его на сухую солому? Сухой больше нет. И вот приходится или прогнать больного и положить его мокрого на полу, или отдать свою солому и самому, п[отому] ч[то] надо где-нибудь спать, лечь с ним.
(Зачеркнуто: И то и другое мученье, потому что хорошо пожертвовать своей едой, постелью раз, радуясь на свою добродетель и пожертвовать зная, что мы приносим этим какую-нибудь кому-нибудь пользу.) Но и этого мало: приходит человек, кот[орого] вы знаете за пьяницу и развратника, к[оторому] вы несколько раз помогали и к[оторый] всякий раз пропивал то, что вы ему давали, приходит теперь с дрожащими челюстями и просит дать ему 3 р., кот[орые] он украл и пропил и кот[орые] если он не отдаст, его посадят в тюрьму. (Зач.: Женщина колеблется.) Вы говорите, что у вас только и есть 4 р., и они необходимы вам завтра для уплаты. Тогда пришедший говорит: "да, это значит, всё только разговоры, а когда дело до дела, то вы такие же, как и все: пускай погибает тот, кого мы на словах считали братом, только бы мы были целы".
7 ноя 2013, 15:35
Как тут поступить? Что сделать? Положить лихорадочного больного на сыром полу, а самим лечь на сухое, еще хуже не заснешь. Положить его на свою постель и лечь с ним: заразиться и вшами и тифом. Дать просящему последние 3 рубля, значит остаться завтра без хлеба. Не дать, значит, как он и говорит: отречься от того, во имя чего живешь. Если можно остановиться здесь, то почему не остановиться было раньше. Почему было помогать людям? Зачем отдавать состояние, уходить из города? Где предел? Если есть предел тому делу, кот[орое] ты делаешь, то все дело (Зач.: любви) не имеет смысла, или имеет только один ужасный смысл лицемерия.
Как тут быть? Что делать? Не остановиться, значит погубить свою жизнь, завшиветь, зачахнуть, умереть, и без пользы как будто. Остановиться, значит отречься от всего того, во имя чего делаешь то, что делаешь, во имя чего делал что-либо доброе. И отречься нельзя, п[отому] ч[то] ведь это не выдумано мною или Христом, что мы братья и должны служить друг другу; ведь это так. И нельзя вырвать этого сознания из сердца человека, когда оно вошло в него. Как же быть? Нет ли еще какого выхода? И вот представим себе, что люди эти, испугавшись тог положения, в кот[орое] их ставила их необходимость жертвы, приводящей к неизбежной смерти, решили, что их положение происходит от того, что средства, с кот[орыми] они пришли на помощь народу, слишком малы, и что этого не б[ыло] бы и они принесли бы большую пользу, если б у них б[ыло] много денег.
И вот представим себе, что люди эти нашли источники помощи, собрали большие, огромные суммы денег и стали помогать. И не прошло бы недели, как случилось бы то же самое. Очень скоро все средства, как велики бы они не были, разлились бы в углубления, кот[орые] образовала бедность, и положение осталось бы то же.
Но мож[ет] б[ыть] есть еще 3-ий выход. И есть люди, кот[орые] говорят, что он есть и состоит в том, чтобы содействовать просвещению людей, и тогда уничтожит[ся] это неравенство. Но выход этот слишком очевидно лицемерный. Нельзя просвещать население, кот[орое] всякую минуту находится на краю погибели от голода, а главное, неискренность людей, проповедующих этот выход, видна уже п[отому],ч[то] не может челов[ек], стремящийся к установлению равенства хотя бы через науку, поддерживать это неравенство всей своей жизнью. Но есть еще 4-ый выход, тот, чтобы содействовать уничтожению тех причин, к[оторые] производят неравенство, содействовать уничтожению насилия, производящему его. И выход этот не может не придти в голову тем искренним людям, к[оторые] будут пытаться в жизни своей осуществлять свое сознание братства людей.
7 ноя 2013, 16:24
Пока не забыл — есть чудесный пример, который вроде бы опровергает мнение Толстого, что обучать нищих ничему нельзя. Почитай, крайне интересная история: http://www.computerra.ru/84265/chudo-karnegi-prodolzhaetsya-follow-up-istorii-patrika-i-leo/
7 ноя 2013, 19:38
Просто нищие Толстого и нищий из примера - две большие разницы. Там нищие были - это самое буквальное умирание от голода, холода, непосильного труда, вынужденной грязи, болезней, причем трудолюбивых и честных людей, а не пьяниц и лентяев (такие тоже попадались, но речь не о них). А тут этот "нищий" - сытый, здоровый, грамотный и как минимум мало-мальски обученный хоть в какой-то общей школе, отлично одетый молодой парень, и история его - история человека, который отнюдь не рискует буквально умереть, оказавшись бомжом, от перечисленного выше.
По понятиям Толстого, этот "нищий" - богач.
А когда люди буквально от вышеупомянутого умирают, это просто, нашим языком выражаясь, форс-мажорные и экстремальные обстоятельства. Если у человека последняя степень дистрофии , отягощенная кучей болезней от этого, если он на грани жизни и смерти, тут уж приоритеты...
Записные книжки ЛН поглядела - страшно, вообще-то. Там и в дневниках страшноватенько, но дневники, изданные, все-таки отредактированные, отфильтрованные. А в записных книжках - там все кратко, скупо, и такой апофигей, что мы даже и вообразить это все не смогли бы...
7 ноя 2013, 15:38
"Если мы не можем жить здесь, среди этих людей, в деревне, должны будут сказать себе те люди, кот[орых] я представляю себе, если мы поставлены в то ужасное положение, что мы неизбежно должны зачахнуть, завшиветь и умереть медленной смертью, или отказаться от единственной нравственной основы нашей жизни, то это происходит от того, что у одних скопление богатств, у других нищета; неравенство же это происходит от насилия, и потому, так как основа всего это насилие, то надо бороться против него". -- Только уничтожение этого насилия и вытекающего из него рабства может сделать возможным такое служение людям, при кот[ором] не б[ыло бы] неизбежности жертвы всей своей жизнью. Но как уничтожить это насилие? Где оно? Оно в солдате, в полицейском, в старосте, в замке, к[оторым] запирают мою дверь. Как же мне бороться с ним? Где, в чем? И вот тут-то есть люди, все живущие насилием, и борящиеся с насилием, и насилием же борящиеся с ним. Но для человека искреннего это невозможно. Насилием бороться с насилием, значит ставить новое насилие на место старого. Помогать просвещению, основанному на насилии, значит делать то же самое. Собрать деньги, приобретенные насилием, и употреблять их на помощь людей, обделенных насилием, значит насилием лечить раны, произведенные насилием. Даже в том случае, кот[орый] я представлял себе: не пустить больного к себе и на свою постель и не дать 3 рубля, п[отому] ч[то] я силою могу удержать их, есть тоже насилие, И потому борьба с насилием не исключает необходимости в нашем обществе человеку, желающему жить по братски, отдать свою жизнь, завшиветь и умереть, но при этом борясь с насилием: борясь проповедью ненасилия, обличением насилия и, главное, примером ненасилия и жертвы.
Как ни страшно и ни трудно положение человека, живущего христианской жизнью среди жизни насилия, ему нет другого выхода, как борьба и жертва -- жертва до конца. Надо видеть ту пучину, кот[орая] разделяет завшивевших, заморенных миль[оны] людей с перекормленными, в кружевах, другими людьми, и чтобы заполнить ее, нужны жертвы, а не то лицемерие, которым мы теперь стараемся скрыть от себя глубину этой пропасти.



А вот не подумал Лев Николаевич, что если начнут погибать пачками самоотверженные подвижники, причем погибать не от врагов даже, а от обстоятельств, то это вызовет лишь обратную реакцию: их родственники, друзья, знакомые возненавидят и крестьян этих, доводящих подвижников до гибели, и возведут на всех крестьян наглость самых нахальных, и обвинят; и идею жертвенности, и пойдет волна неприязни и к идее, и к крестьянам, и станет только хуже, и честные и жалостливые из крестьян, кто не доил халяву из подвижников, в первую очередь испытают на себе следствия...
как получилось в эти же примерно годы с народовольцами и "хождением в народ" - с нагнетанием волны вплоть до 17 года...
И не додумался до того, что нужно удочку давать , а не только рыбкой из скудного улова делиться. Энгельгард - додумался, и реализовал, и успешно, хоть и в малом масштабе, а Льву Николаичу, похоже, принципы помешали. А ведь умел - "на голоде" , похоже, он на идеальные принципы (типа не помогать от своего богатства, потому что богатство украдено у народа, и это бесчестно) плюнул, и начал практику, как мог. И кучу народа спас, и других научил...
7 ноя 2013, 16:35
Сразу, конечно, вспоминается, как Абдул-Баха решал эту дилемму. Вот одна история:

В декабре 1902 года Майрон Х. Фелпс, выдающийся член нью-йоркской Коллегии Адвокатов,— провёл в Акке, по приглашению Абдул-Баха, целый месяц. «Этот месяц, — пишет Майрон Фелпс, — был одним из самых ярких и запоминающихся в моей жизни; ибо я не только смог приобрести удовлетворительный общий взгляд на эту религию, но также и познакомиться с Аббасом Эффенди, которого вполне можно считать самым замечательным человеком, которого когда-либо мне посчастливилось встретить». Благодаря близкому соседству Фелпс стал свидетелем образа жизни Абдул-Баха. Лучшее, что мы можем сделать — это процитировать из его книги «Аббас Эффенди, Его Жизнь и Учения».


«Послушайте, как обращается он со своими врагами. Достаточно упомянуть лишь один случай из многих, о которых я слышал.

Когда Учитель прибыл в Акку, жил там один человек из Афганистана, непреклонный и суровый мусульманин*. Для него Учитель был еретиком. Он ощущал по отношению к Учителю великую вражду, лелеял это чувство в своем сердце и настраивал против него всех окружающих. Если в собрании людей ему предоставлялся удобный случай, — например, в мечети, он порицал его самыми жестокими словами.

— Этот человек, — говорил он всем, — самозванец. Зачем вы с ним разговариваете? Зачем вы имеете с ним какие-то дела?
А когда он проходил мимо Учителя на улице, то старательно загораживался рукавом, чтобы не осквернить свой взор.

Так поступал афганец. Учитель же поступал так:

Афганец был беден и жил в мечети; часто он нуждался в пище и одежде. Учитель посылал ему и то, и другое.

Афганец принимал это, но благодарности не выражал. Однажды он заболел. Учитель привел для него врача, принес еду, лекарства и деньги. Он принял и это; но, протягивая одну руку врачу, чтобы тот пощупал его пульс, другой он закрывал свое лицо, чтобы взор его не упал случайно на Учителя. Двадцать четыре года Учитель продолжал оказывать ему помощь, афганец же упорствовал в своей враждебности. Наконец, однажды афганец пришел к двери Учителя и пал, покаянный и рыдающий, у его ног.

— Прости меня, господин! — говорил он со слезами. — Двадцать четыре года я делал тебе зло, двадцать четыре года ты делал мне добро. Теперь я понял, как я заблуждался.

Учитель велел ему подняться, и они стали друзьями».
________________________________________

Его звали Хаджи Сиддик.
________________________________________
7 ноя 2013, 19:46
Тут, Володь, дело в том, что обычные люди - не пророки, и силой духа, и выдержкой, и обаянием, и отрешением от мирского, и пониманием сущности происходящего - все то, что было у Абдул-Баха. И Толстой срывался, и портил о себе впечатление, да и не любили его крестьяне его земель, по многим свидетельствам - "он говорит-говорит с тобой, а потом руками загородится: не подходите ко мне, я - граф!" (с) неточная, но знаменитая цитата от одного из местных крестьян.
Хотя, конечно, вектор понятен - что зло можно погасить только добром.
7 ноя 2013, 16:46
Вот как сформулировал подход Абдул-Баха один христианский священник из Штатов:

то самое истинное человеческое братство, которое никогда не удовлетворится изобилием, пока наименьший из малых сих лишён необходимого, и ещё менее — пока у всех не будет того божественного изобилия, которое даётся только через дыхание Духа Святого, иными словами — через контакт с Богоявлением.


При этом, заметь, Абдул-Баха вовсе не был завшивевшим и больным человеком, и Ему хватало денег на все самые необходимые вещи. Хотя, конечно, Он никогда не шиковал, жил в самых дешёвых гостиницах, ездил вторым классом и носил простецкую одежду. Ты права, Толстой тут не может определить чувство меры просто...
7 ноя 2013, 19:55
И у них там было тепло. Это не минус 20 зимой и дубак от сентября до мая - а это обстоятельство, климат, очень серьезно вгоняло в нищету: крайне короткий сельскохозяйственный сезон, за который необходимо обработать почву и вырастить урожай и убрать его, и если в этот краткий сезон любое погодное бедствие - а их море - всё, голод ; необходимость отопления всегда; необходимость обогревать скот; там всегда на грани выживания было. Богатый крестьянин - не тот, у кого изба большая, а тот, у кого хлеба хватает "до нови", до урожая, то есть.
В Израиле тепло, нет дубака весной и осенью, нет лютой стужи зимой, отсутствие настоящей теплой одежды не приводит к болезням от холода; обогревать жилище не нужно так, как в России, дрова заготавливать не нужно так; а в России все это было нужно.
Впрочем,думаю, Абдул-Баха, знай он русский язык, в России бы тоже легко укрепился, потому что по нему чувствуется, что он настоящее знание имеет, и объяснить его может, и применить его может, и сказать, как надо, может. А ЛН искал, но так и не нашел, к сожалению...
8 ноя 2013, 11:30 - Толстой
Так и не нашёл, да:

В сентябре 1902 года в Ясную Поляну приехал иранский бахаи Азизулла Джаззаб с личным посланием Толстому от Абдул-Баха, в котором, в частности, говорилось: "Действуйте так, чтобы Ваше имя оставило добрую память в мире религии. Многие философы приходили, и каждый поднимал флаг, скажем, на пять метров. Вы же подняли флаг на десять метров; погрузитесь в океан единства и обретите навечно помощь Господа".

На вопрос посланца об отношении к Бахаулле и его делу Толстой ответил: "Как я могу отрицать его?.. Очевидно, что это дело завоюет весь мир".

Толстой отметил, что принципы вероучения бахаи соответствуют духу эпохи и со временем утвердятся в мире, обеспечив процветание человечества.

К концу жизни Л. Н. Толстой пришел к выводу, что учение Баба, нашедшее свое развитие в трудах Бахауллы, представляет собой самую высокую и чистую форму религии. В 1910 году, незадолго до смерти, Толстой писал о Вере бахаи: "Очень глубокая. Я не знаю другой веры, которая была бы такой глубокой".

(Хэтчер, Новая мировая религия)

8 ноя 2013, 14:00
Очень интересно было бы в дневниках Толстого найти подробности об этом визите и само письмо. 1902 год - это Толстому уже, значит, 72 года. Про бабитов я упоминания видела у него значительно раньше, но в контексте общего ознакомления с мировыми религиями, и перечислялось на последнем месте, и , по-моему, он вообще тогда ничего толком не знал об учении, наверное,это про восстание бабитов дошли сведения; а вот что письмо ему привозили, не слыхала. Надо поискать.
16 ноя 2013, 19:04
Не знаю, о том случае или не о том.
Издание: Л.Н. Толстой. Собрание сочинений в 22 т. М.: Художественная литература, 1978—1985.
"1902

144

25, 26, 27 мая 1902. Гаспра. Три дня был на воздухе, сначала четыре, пять и нынче шесть часов. Понемногу оправляюсь. Это были потуги смерти, то есть нового рождения, и дан отдых. Нынче получил грустное известие об аресте Суллера. Был персиянин-разносчик, вполне просвещенный человек, говорит, что он бабист".


Edited at 2013-11-16 19:05 (UTC)
16 ноя 2013, 19:39
И ещё – всё, что смогла выудить из этого издания:

"1894

Нынче 16 сентября. 94. Ясная Поляна. Вчера писал немного, но хорошо обдумал и составил конспект до конца. Потом пошел рубить. Много работал. Чувствую себя вполне здоровым. Вечер читал письма и статьи с почты. Ничего особенно интересного. От Лебедевой. О бабистах".


"355. РАЙНЕРУ МАРИЯ РИЛЬКЕ
<перевод с французского>
1899 г. Сентября 13/25. Ясная Поляна.
25 Сентября 99.
Милостивый государь,
Я получил посылку с книгами г-жи Лу Андреас-Саломе, книгой о бабидах и вашей. Я еще не имел времени прочесть всего; прочел только первые три рассказа г-жи Лу Андреас, которые мне очень понравились. Не замедлю прочесть и другие. Благодарю вас за книги и за ваше письмо. Я с удовольствием вспоминаю о приятном и интересном разговоре, который имел с вами и вашими друзьями, когда вы были у меня в Москве.
Примите, милостивый государь, уверение в моем искреннем расположении.
Лев Толстой".


Вот что в примечаниях говорится:
"Толстой отвечает на письмо Райнера Мария Рильке от 8 сентября н. ст. 1899 г., написанное по возвращении в Германию после путешествия по России, где он вместе с супругами Андреас в апреле 1899 г. посетил Толстого. Рильке писал: «Вы интересовались тогда бабидами... Поэтому мы посылаем вам тогда только упомянутую брошюру о них; госпожа Лу Андреас-Саломе приложила свою последнюю книгу, а я — маленькую книжку, вылившуюся из моих смутных чувств, привязывающих меня к моей славянской родине, к Праге. Итак, мы еще раз входим к вам, глубокоуважаемый граф, втроем и в то же время поодиночке...» (ЛН, т. 37—38, с. 708). Толстому были присланы книги: сб. новелл Л. Андреас-Саломе «Menschenkinder» («Человеческие дети») (Штутгарт, 1899), исследование профессора-востоковеда Ф. Андреаса «Babi’s in Persien, ihre Geschichte und Lehre» («Бабиды в Персии, их история и учение») (Лейпциг, 1896) и сб. Рильке «Zwei Prager Geschichten» («Две пражские истории») (Штутгарт, 1899)".


Фридрих Карл Андреас – как вы знаете, "тот самый муж" Лу Саломе. Немецкий востоковед, иранист.

"1910

385

8, 9, 10 июня. <...> 10-го было получше, мог заниматься опять предисловием и много читал о бехаизме с дурным чувством, обращенным на себя. [...]"


397

"24 августа. Продолжаю чувствовать себя здоровым. Утром читал «Le Bab [?]». Очень интересно и ново для меня. Потом письма. Надо бы было писать сказку детскую. Танечка хорошо рассказала ее. Почему нет охоты писать. А надо бы. Ходил один к Александровке. Вечером дочитывал Баба".


Edited at 2013-11-16 19:43 (UTC)
16 ноя 2013, 19:49
Отступление: не могу удержаться. Иногда – ну просто ж наш человек. )))

"Мне дурно жить потому, что жизнь дурна. Жизнь дурна потому, что люди, мы, живем дурно. Если бы мы, люди, жили хорошо, жизнь была бы хорошая, и мне было бы не дурно жить. В числе людей есмь я. И если я и не могу всех людей заставить жить хорошо,— я могу сделать это с собой и этим хотя немного улучшить жизнь людей и свою. Подтверждает такое рассуждение в особенности то, что если бы все люди усвоили это рассуждение, а рассуждение это неотразимо справедливо, то и для меня, и для всех людей жизнь была бы хороша".
2 ноя 2013, 19:04
И к слову: ведь не только переводы, но и обучение языкам других культур в "потустороннем мире" может быть весьма продуктивной областью деятельности :-) Представь, насколько легче должно быть изучать чужие языки при том, что у тебя есть возможность полного ментального контакта. А смысл в этом - как в переводах: а тут перевод не стихотворения, а перевод образа бытия, смена "очков", через которые можно посмотреть на привычный мир!
А ведь ничего подобного в физическом мире нет - в силу отсутствия полноценных ментальных контактов.
7 ноя 2013, 16:47
Надо добавить эту строчку в завещание: «Считаю, что могу помогать людям проникаться любовью к другим культурам» :-)
2 ноя 2013, 16:35
Сижу – читаю "Осанвэ-кента"... Открываю эту страницу... И мотаю головой. )))

К слову – о русском языке. Слышала о следующем весьма анекдотичном наблюдении. Англоязычный человек желает "счастливого Нового года" (или дня рождения, или тому подобного). А русскоязычный, вроде как, получается, поздравляет с тем фактом, что дожили до этого самого Нового года (или дня рождения, или тому подобного).

А вот насчёт тактичности как добродетели я хотела пару слов – как говорится, не могу промолчать.
Как-то очень уж часто наблюдаю, что люди склонны прямо-таки клеймить вежливость. Она у них, буквально, чуть ли не по статье "лицемерие" проходит. При этом, ессно, то, что они подразумевают под "искренностью", [мягко говоря, часто] выливается в искромётную и энергичную грызню.
2 ноя 2013, 18:55
Есть такое дело.
Например, я сталкивалась с тем, что детская абсолютная искренность - вроде бы образец - приводит к тому, что ребенок ляпнет что-нибудь вроде "вот жирная корова!" на полную женщину (а то еще подумаешь, что, может быть, он уже и не по-детски, а вполне сознательно говорит, типа я такой красивый, а она взрослая, но хуже меня) , или "фуууууууууууу!!! от нее пОтом воняет!!!" - хотя ты, взрослый, ничего подобного не чувствуешь - и что? кому от этой искренности стало лучше? И как тут различить искренность от того, что подросток уже прекрасно все сечет и специально говорит гадости, чтобы компенсировать какое-нибудь свое унижение? А сколько такого специального говорится , когда человек уже взрослый?
Эта страница была создана сент 23 2019, 7:51 am GMT.