chupin (chupin) wrote in bahai_ru,
chupin
chupin
bahai_ru

Categories:

Мухаммад-Хадий-и Саххаф

Наткнулся на удивительную историю из книги Абдул-Баха «Дань памяти верным» (Memorials of the Faithful). Вы не думайте, я не забыл про книжку Гари Мэтьюса, просто это такой маленький кусочек, кто я решил им обязательно поделиться с вами и потратить на него пару часов. Приятного чтения и глубоких размышлений.

++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Ещё одним из тех, кто эмигрировал и поселился рядом с Бахауллой, был Мухаммад-Хади, переплётчик. Этот выдающийся человек был из Исфахана, и в искусстве переплёта и украшения книг ему не было равных. Когда он полностью предался любви к Богу, то был внимателен и бесстрашен на стезе её. Он оставил свой дом и начал ужасное путешествие, с крайними трудностями идя из одной страны в другую, пока не достиг Святой Земли и не стал в ней узником. Он постоянно пребывал у Святого Порога, тщательно подметая его и наблюдая за всем происходящим. Благодаря его постоянным усилиям, участок перед домом Бахауллы был всегда подметён, обрызган водой и безупречен.

Бахаулла часто смотрел на этот участок земли, улыбался и говорил: «Мухаммад-Хади превратил квадрат перед этой тюрьмой в дворцовый будуар. Он доставил удовольствие всем соседям и заслужил их похвалу».

Когда он заканчивал подметать, обрызгивать и вычищать двор, он принимался за украшение и переплёт книг и Скрижалей. Так протекали его дни, и сердце его было исполнено счастья в присутствии Возлюбленного человечества. Он был великолепной душой, истинной, достойной блаженства единения со своим Господом и свободной от мирской заразы.

Как-то раз он пришёл ко мне и пожаловался на хроническое недомогание. «У меня озноб и лихорадка уже два года,— сказал он.— Врачи прописали слабительное и хинин. Лихорадка прекращается на несколько дней; затем возвращается. Они дают мне ещё больше хинина, но лихорадка всё равно возвращается. Я устал от жизни и уже не могу выполнять свою работу. Спаси меня!»

«Какая еда тебе больше всего нравится? — спросил я его.— Чего бы ты поел сейчас с аппетитом?»

«Я не знаю»,— ответил он.

В шутливом тоне я стал называть разные блюда. Когда я дошёл до ячменного супа с молочной сывороткой (аш-и-кашк), он сказал: «Очень хорошо! Но только чтобы с тушёным чесноком».

Я дал указание приготовить для него это блюдо, и ушёл. На следующий день он предстал передо мной и рассказал следующее: «Я съел целую миску этого супа. Затем я положил голову на подушку и проспал мирно до самого утра».

Говоря кратко, с этого момента он был совершенно здоров на протяжении примерно двух лет.

Как-то раз ко мне пришёл один верующий и сказал: «Мухаммад-Хади горит в лихорадке». Я поспешил к его постели и обнаружил, что у него температура 42 градуса по Цельсию. Он был на грани потери сознания. Я спросил: «Что он сделал?» «Когда у него настала лихорадка,— ответили мне,— он заявил, что знает из личного опыта, что ему следует делать. Затем он наелся ячменного супа с сывороткой и тушёным чесноком; и вот он результат».

Я был поражён тем, как причудливо сложилась судьба. Я сказал им: «Поскольку два года назад его организм был тщательно очищен и вся система была в хорошем состоянии; поскольку у него был хороший аппетит к этой еде и его недомогание заключалось в лихорадке и ознобе, я и прописал ему ячменный суп. Но в этот раз, по причине другого питания, при отсутствии аппетита, а особенно при высокой температуре, не было никакой причины диагностировать прежнее хроническое заболевание. Зачем только он ел этот суп!» Они ответили: «Так неудачно сложились обстоятельства». Ситуация зашла слишком далеко; Мухаммада-Хади уже невозможно было спасти.

Он был человеком невысокого роста, но возвышенного положения и выдающегося ума. Его сердце было чистым, а душа лучезарной. На протяжении всего времени его служения у Святого Порога он был любим друзьями и пользовался благоволением Божиим. Время от времени, с улыбкой на устах, Благословенная Красота обращался к нему с добрыми и милостивыми словами.

Мухаммад-Хади всегда был верным человеком, и почитал всё, за исключением благоволения Божиего, вымыслами и баснями, и ничем иным. Благословен он за то, что удостоился сего дара, да возрадуется он тому месту, в кое он будет приведён; пусть одарит его благом сия чаша вина, сдобренного из родника камфары, и пусть все его труды удостоятся хвалы и буду приняты Богом.[1]
[1 Ср. Кур’βн 11:101; 11:100; 76:5; 76:22; 17:20.]
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments