chupin (chupin) wrote in bahai_ru,
chupin
chupin
bahai_ru

Categories:

Свобода унижает человека?

Случайно вышел тут на одну ссылку, где Парфёнов рассказывает о нынешнем состоянии российской журналистики, прежде всего — телевидения:




Вообще-то понятно, что свобода — палка о двух концах. В том числе и свобода слова. Большинство современных нам неравнодушных людей автоматически перенимает американскую парадигму — должна быть постоянная ругань, разоблачения, вскрытие злоупотреблений и проч., и тогда власть не будет наглеть. Однако с точки зрения бахаи такое общество — это как больной раком человек, в котором правая рука борется с левой.

Имеет ли критика существующего порядка некую самоценность? Очевидно, мы должны признать, что тоталитарный контроль над СМИ — это неправильно. Когда журналистов избивают и убивают просто за то, что они что-то говорят... Хотя не надо забывать, что Мухаммад, например, вынужден был бороться с современными Ему СМИ — поэтами — иногда очень жёсткими средствами, вплоть до убийства. Такова сила слова, и мы должны понимать, что безответственное использование это силы может наносить очень болезненные удары по цивилизации. Наверное, следует также признать, что власть, несущая ответственность за целостность цивилизации, вынуждена бывает контролировать в том числе и СМИ, если они занимаются ядовитой пропагандой.

Конечно, упоминание Мухаммада в данном контексте не всем покажется убедительным. Многие могут воскликнуть, прочитав это, что ислам всегда был террористической религией, и таковой, очевидно, остаётся. Но бахаи знают, что Мухаммад был Богоявлением, даже более великим, чем Христос, и Его политика была именно такой, какой была, просто потому, что Он стоял уже во главе государства, а не был нищим бродячим проповедником, закончившим Свои дни как казнённый преступник. Да, нам бывает трудно принять учение Богоявления, но это не новость — всегда было трудно, за это Они и страдали.

С кристальной ясностью мы вновь убеждаемся — современная политическая система является тупиковой. В идеале должно было бы быть так: власть всеми силами старается послужить народу и справедливости, а журналисты осознают свою ответственность и действуют мудро:

Бахаулла предупреждает нас, что «язык есть тлеющее пламя и избыток речи — яд смертельный». «Материальный огонь сжигает тело,— говорит Он, разъясняя эту тему,— тогда как огонь языка пожирает и сердце, и душу. Сила первого длится лишь недолгое время, тогда как влияние последнего растягивается на столетие».

Прослеживая границы свободы слова, Он вновь советует придерживаться «умеренности». «Человеческая речь есть сущность, стремящаяся оказать своё влияние, и нуждается в умеренности,— утверждает Он, добавляя.— Что до её влияния, то оно проистекает от деликатности, которая, в свою очередь, зависит от отрешённости и чистоты сердца. Что до её умеренности, то она должна сочетаться с тактом и мудростью, как указано в Святых Писаниях и Скрижалях».

Важно не только что и как говорится, но и когда. Для речи, как и для многого другого, есть своё время. Бахаулла усиливает понимание этого, обращая наше внимание на следующую максиму: «Не всё, что человек знает, может быть раскрыто; не всё, что может быть раскрыто, будет сочтено своевременным; и не всякое своевременное изречение окажется соответствующим способностям тех, кто его слушает».

Речь — могущественное явление. Её свободу надлежит восхвалять, и её же приходится опасаться. Этот факт призывает нас к тщательности в оценках, поскольку как ограничение речи, так и избыток её способны привести к ужасным последствиям. Поэтому в системе Бахауллы существуют контролирующие и уравновешивающие факторы, необходимые для использования этой свободы во благо общества. Пристальное изучение принципов совещания бахаи, а также формальных и неформальных методов их применения, приводит к новому пониманию движущей силы свободы слова.

Поскольку рассуждать об этих принципах означало бы выйти за рамки данного письма, достаточно будет краткого упоминания об основных предпосылках совещания, особенно для тех людей, что служат в Духовных Собраниях. Любовь и согласие, чистота намерений, скромность и смирение среди друзей, стойкость и долготерпение в трудностях — всё это пронизывает их отношение, с которым они приступают к «выражению своих мнений», с «величайшей преданностью, вежливостью, достоинством, заботливостью и умеренностью», каждый из них пользуется «совершенной свободой» как в этом, так и в «раскрытии доказательств своей точки зрения». «Если кто противоречит ему, он не должен волноваться, потому что если не будет исследования или уточнения вопросов и предметов, приемлемая точка зрения не будет найдена и понята». «Сияющая искра истины является только после столкновения различающихся мнений». Если впоследствии не все голосуют «за», решение принимается большинством голосов.

Как только решение принято, все члены консультативного органа, имевшие до этого полную возможность высказать свои мнения, единодушно поддерживают результат. А если мнение меньшинства было верным? «Если они соглашаются о предмете,— объясняет Абдул-Баха,— пусть даже ошибочно, это лучше, чем поспорить и быть правым, ибо это разногласие приведёт к разрушению Божественного основания. Хотя одна из сторон может быть права, и они поспорят — это станет причиной тысячи ошибок, но если они согласятся и обе стороны будут не правы, и будет единство — истина будет явлена и ошибка исправлена». В этом подходе к общественному использованию индивидуальной человеческой мысли подразумевается глубокое изменение стандарта публичных дискуссий,— стандарта, заданного Бахауллой для зрелого общества.

Качества, с помощью которых человек может достичь личной дисциплины, необходимой для успешного совещания, наиболее полно выражаются в том, что Шоги Эффенди считал «духом истинного бахаи». Задумайтесь, к примеру, над трогательным замечанием, обращённым к вашей общине в одном из его самых ранних писем: «Ничто, кроме духа истинного бахаи, не может и надеяться примирить принципы милосердия и справедливости, свободы и смирения, святости прав личности и самоотречения, бдительности, личной ответственности и заботливости — с одной стороны, и братства, честности и прямоты — с другой». Это — призыв к зрелости и отличительным качествам, на которые он постоянно обращал наши мысли.

    (Всемирный Дом Справедливости, письмо Национальному Духовному Собранию США от 29 декабря 1988 г. «Свобода слова и самовыражения в Вере»)

Удивительное письмо. И мне кажется, это достойный ответ как журналистам, так и нашей власти. Не правы и те, и другие. Власти следует избавиться от всяческих низменных и своекорыстных мотивов, а журналистам — понимать, что избыток речи может быть смертельным ядом.

Интересно, в результате какого процесса общество придёт к стандарту, заданному Бахауллой для зрелого общества? Когда мы все повзрослеем и через какие потрясения нам придётся для этого пройти?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments